Восстание батырши

Восстание Батырши.1755-56 гг

Восстание началось в Бурзянской волости. В 1754 г. в Башкирию был прислан начальником горно-розыскной экспедиции Брагин для изыскания драгоценных камней на Ирындыке. Он со своим отрядом начал грабить народ, издеваться над народом. Это послужило возмущению и началу восстания башкир. 15 мая они напали на горно-розыскную экспедицию. Восстание началось неожиданно, поэтому многие волости Ногайской дороги к нему не присоединились.

Выразителем интересов баш-го и тат-го крестьянства Башкирии был Абдулла Галиев (Батырша ). Родился он в 1715 г. в деревне Карыш, в Башкирии, в семье татарского крестьянина Гали ага. Начальное образование получил в родной деревне, затем учился в знаменитом медресе деревни Тайсуганово. Он поднимал народ на борьбу и против всех неверных, в защиту мусульманской религии.

В марте 1755 г. Батырша принялся составлять программу, призывая народы Среднего Поволжья и Урала к восстанию. Начало восст. было намечено на 3 июля, но началось стихийно, до назнач. срока.

Основные силы повстанцев сосредоточились возле бугульчан по Агидели. 21 авг основная масса повстанцев перебралась на казахские земли и нападала оттуда на опорные пункты правительства.

Царское правительство стало умело разжигать национальную рознь.

С 1 сентября повстанцы должны были начать наступление в Осинском и Кунгурском направлениях. Но в рядах повстанцев этих регионов не было единства. Повстанцы обратились к Батырше и предупредили его о грозящей ему опасности ареста. За голову Батырши была обещана 1 тыс. руб. Батырша с семьей и несколькими учениками бежал в лес.

В сентябре правительство издало два указа. 1) служилые татары и мурзы были переведены из КГ канцелярии в ведение конторы Казанского адмиралтейства. Вводилась оплата за ночные работы. 2)прекратилось отселение некрещеных татар из мест проживания крещеных.

Правительство этим не ограничилось: 27—28 сентября оно издает новые указы. Первый из них отменил взимавшиеся ранее с татар налоги и набор рекрутов из новокрещенцев. В 1755 г. с ясачных татар не взимался подушный налог + был переведен ненавистный татарам архиерей Лука Канашевич.

В результате такой политики татары Казанского уезда не приняли участия в восстании Батырши.

В 1756 г. шли поиски, аресты повстанцев, следствие по их делам. Смертная казнь была запрещена. В 1757 г. вышел указ о прекращении преследований.

В середине 1757 г. его навсегда заперли в Шлиссельбургскую крепость, где продолжел работать и писал письма ЕII.

Восстание Батырши подготовило нерусские народы края к будущей борьбе. Оно послужило предпосылкой для их участия в крестьянской войне под предводительством Пугачева.

5.189.137.82 © studopedia.ru Не является автором материалов, которые размещены. Но предоставляет возможность бесплатного использования. Есть нарушение авторского права? Напишите нам.

Восстание башкир под руководством Батырши

После подавления восстания в 1740 году башкирский на­род был обессилен, но оружия не сложил. В памяти народа надолго сохранились картины «экзекуции», казни и истяза­ния близких, родных, своеволие и издевательства военных начальников, грабежи, пожары. Был введен суровый режим: башкиры не имели права держать огнестрельного оружия, а если оно у кого обнаруживалось, то у владельца отбирались лошади в пользу доносчика; во всех селах, были закрыты кузницы, ни один башкир не имел права выехать из своего села без специального разрешения; кроме всего, тяжелым бременем давили налоги.

Последней каплей, переполнившей чашу терпения, было введение монополии на соль. До этого времени население добывало соль из озер, но правительство учло, что введение монополии даст казне гораздо большие доходы, чем давали на­логи. В 1754 году был издан указ, по которому ясачный сбор отменялся, но вместо него башкиры должны были по­купать соль из государственных магазинов по установленной цене — 36 копеек за пуд.

В указе оренбургскому губернатору предлагалось:

«. крайне стараться, дабы. башкирцы, тептери и та­тары, с которых помянутый ясак сложен, також и про­чие тамошние иноверцы совершенно соль покушали из казны, и кроме б покупали из казны ни откуда в их жилища подвоза неуказной соли отнюдь не было, и в том учинить ему Оренбургскому Губернатору, по состо­янию тамошних мест, крепкую предосторожность. »

(Полное собрание законов Российской империи.

1754 год. 16-го марта. Закон № 10198, стр. 42).

Башкиры запротестовали и отказались признавать соля­ную монополию. Создалась угроза восстания, и Неплюев посылает в Уфу Тевкелева для уговора башкир. Тевкелев долго уговаривал башкир подчиниться указу и угрожал же­стокой расправой над теми, кто будет упорствовать, однако это результатов не дало. В 1755 году вспыхнуло восстание башкир, которое возглавил Абдулла Мязгилдин, мулла, известный под именем Батырши. Батырша был родом из Башкирии. Первоначальное образование получил у муллы деревни Ильша, Камской волости. Впоследствии Батырша, видимо, много читал и был весьма развитым человеком. Среди населения Батырша славился своей ученостью, умом и красноречием. Его знала вся Башкирия. Будучи муллой, Батырша ходил из деревни в деревню, совершал религиозные обряды и читал свои зажига­тельные проповеди. Слушать, его собирались целые толпы на­рода. Он имел среди населения большой авторитет. Переезжая из села в село, Батырша не только учил, совершал религиозные обряды, но тщательно наблюдал и изучал жизнь башкир и их настроения. Читая проповеди, он умел незаметно разжи­гать и без того сильное недовольство башкир колонизацией.

Убедившись в том, что восстание готово вспыхнуть, что многие башкиры учатся владеть оружием, Батырша выступа­ет с горячими речами, разоблачая политику русского царизма. Из разных мест губернии к нему направляются ходоки за со­ветами. Он дает указания все подмечать, наблюдать и быть готовыми, но все хранить в тайне до определенного времени.

Батырша знал враждебное отношение народов Оренбург­ской и смежной с ней губернии к России и решил объеди­нить и поднять их на восстание под флагом борьбы против «неверных», за создание самостоятельного мусульманского государства.

Еще за три года до восстания к нему явился посол от казанских татар и сообщил, что татары присоединятся к вос­станию.

Придя к заключению, что время действовать, Батырша выпускает воззвание к населению, полное огня и страсти. В воззвании ярко обрисовывается жизнь башкир до покорения Россией, жизнь свободная и привольная, и приводятся все те ужасы, издевательства, которым подвергался башкирский на­род. Батырша призывал всех «правоверных» объединиться на борьбу с русской колонизацией. Воззвание размножалось, пе­редавалось из дома в дом, из села в село и вскоре уже вся Башкирия знала, что день восстания назначен на 10 июля (по некоторым данным на 1 июля) 1755 года.

Неплюев и его чиновники о готовящемся восстании ничего не знали. Правда, были найдены подметные1 письма, пол­ные угроз, но они детально ни о чем не говорили, и им не было придано должного значения.

Воззвание Батырши послужило сигналом, и восстание началось за два месяца раньше до назначенного срока. Поводом к восстанию явилось нападение башкир Ногайской дороги, Бурзянской волости, на стан Брагина, присланного на разведку глины для фарфорового завода. Убив и ограбив Брагина, напавшие в количестве более ста человек с семьями и имуществом бросились за Яик в казахскую степь. За ними в погоню был отправлен отряд под командой подполковника Исакова, но он был разбит, потеряв убитыми и ранеными до 50 человек. Башкиры начинают расправляться с местным начальством и старшинами, притеснявшими их. Так, в Бурзянской волости; был убит старшина Абдул Ваган, писарь, и несколько близких им людей.

Получив тревожные вести с Ногайской дороги, Неплюев отправляет в сенат срочное донесение о начавшемся восста­нии. В небольшой промежуток времени восстание охватило уже много волостей: Усергетскую, Тюнгаурскую, Чакмин-Кипчакскую и другие. Во многих местах организуются самостоя­тельные отряды. Некоторыми отрядами руководят старшины, которые отлично понимают, что на основании инструкции им помилования не будет. Один из таких отрядов под руковод­ством старшин Салтыкова и Тияумбета разрушил медеплавильный завод Шувалова А. И. На защиту завода был выслан от­ряд под начальством капитана Шкопского, но восставшие ок­ружили его в горном ущелье, замкнули выход, и отряд был весь уничтожен.

Восставшие нападали на крепости, заводы, уничтожали русские селения. В случае поражения башкиры предполагали уйти в казахскую степь, о чем договорились еще в 1754 году с Аблаем — ханом Средний орды.

Неплюев принимал срочные меры для подавления восстаний. В его распоряжении было войско в составе 24 тысяч че­ловек. Все крепости были объявлены на военном положении, а в глубь Башкирии, для подавления восстания любыми мера­ми, были брошены три полка: Московский, Ревельский и Троицкий, плюс 1000 яицких казаков под командой Тимашева, 1000 калмыков и 1000 донских казаков.

Считая положение опасным, Неплюев просит военное под­крепление, и ему присылают еще три полка: Владимирский из Пензы, Астраханский из Шацка и Азовский из Алатырска.

Боясь, чтобы окружающее население, казанские татары и сибирские народы, не присоединились к восставшим, Военная коллегия срочно направляет в Оренбургский край еще 5 пол­ков: Вятский и Сибирский из Ярославской провинции, Курский из Москвы, Ярославский из Коломны и Ростовский из Козло­ва. Полкам был отдан приказ идти без передышки.

Войсками была оцеплена вся Башкирия, все выходы башкирам были закрыты, восставшим ждать пощады или помощи было неоткуда. С Дона ожидалось новое подкрепление — 2000 донских казаков.

В помощь Неплюеву назначаются специальные чиновни­ки — Салтыков Иван и Ушаков Федор. Первому из них было поручено общее руководство всеми войсками, сосредоточенными в Оренбургской губернии. Распоряжение Неплюева пода­вить восстание любыми мерами было понято командирами от­рядов, оперировавшими в Башкирии, в прямом смысле: запы­лали села, полилась кровь.

За поимку Батырши была объявлена награда в 1000 ру­блей и ценные подарки. В борьбе с восставшими Неплюев идет на подкуп и другие меры, которые, по его мнению, мог­ли дать ощутимые результаты. В сентябре месяце 1755 года Неплюев опубликовал манифест, в котором приглашает все население края ловить восставших и за это забирать их иму­щество, жен и детей в собственность. Женщин и детей вос­ставших башкир разрешено было продавать в рабство.

Окруженные со всех сторон русскими войсками, ожидаю­щие нападения отовсюду, башкиры, в количестве 50000 человек, вместе с семьями и имуществом, устремились за Яик, в казахскую степь, где им было обещано пристанище.

У переправы их ожидали войска, и та картина, которая разыгралась здесь, напоминала собой не битву, а массовое истребление охваченных паникой людей. Каждый из охраняв­ших переправу стремился убить возможно большее количество беглецов, так как имущество убитого поступало в распоряже­ние убийцы. По грубым и неточным данным, на этой пере­праве было убито 1000 человек.

Восстание было подавлено.

Оставшиеся в Башкирии повстанцы уходили в леса и го­ры, но купленные Неплюевым старшины, вместе со своими людьми, извлекали участников восстания из самых сокровенных убежищ и выдавали войскам.

Батырша с небольшой группой своих приверженцев скрывался в лесах. Близилась зима. За ним рыскали десятки от­рядов и лазутчиков, желая получить обещанную награду. Ночью с 7 на 8 августа 1756 года Батырша пришел в село Азика, Осинской дороги, в 150 верстах от Уфы. Цель его при­хода осталась невыясненной, видимо, голод, холодные осенние ночи, вынудили его выйти из убежища. На день он скрылся в мечети и был обнаружен там старшиной Сулейманом Деваевым и, при попытке скрыться в лесу, пойман.

Деваев забил руки и ноги Батырши в колодки и срочно отправил в Уфу донесение о поимке руководителя восстания. Из Уфы в Оренбург Батыршу привезли 23 августа 1756 го­да. Его везли секретно, под конвоем в 100 человек.

В крытом возке, под усиленным конвоем, через Самару, Арзамас, Муром и Владимир Батырша был доставлен в Петер­бург. Около года шло следствие, и в 1757 году Батырша был заключен в Шлиссельбургскую крепость. Здесь его поместили в отдельный каземат, в котором он пробыл, звеня кандалами, 5 лет.

Но пока Батырша был жив, хотя и находился в заключе­нии, башкирский народ о нем помнил, составлял и пел о нем песни. Это нервировало правительство. Тогда оно поступило с Батыршей так же, как и с Иваном Болотниковым. 24 июня 1762 года Батырша был убит в Шлнссельбургокой крепости «при попытке к бегству».

Последним восстанием в XVIII веке было восстание под руководством талантливого вождя Салавата Юлаева, сподвижника Емельяна Ивановича Пугачева.

Учился в медресе деревень Тайсуганово Уфимского уезда и Ташкичу Казанского уезда. В 1744—1745 годах был учителем в деревне Илша Гайнинской волости Осинской дороги. в 1746—1749 годах работал учителем и муллой в деревне Муслим Исетской провинции. С 1749 года работал муллой в Карышбаше. Отличался глубоким знанием шариата. Часто привлекался властями для решения наследственных дел в волостях Осинской дороги. В 1754 избран ахуном (главой мусульман) Сибирской дороги. но не вступил в эту должность. В 1754—1755 годах побывал в Оренбурге и ряде волостей Сибирской и Осинской дорог.

Весной 1755 года обратился к мусульманам края с обширным воззванием («Тахризнамэ»), в котором разоблачал колониальную политику царизма в Башкортостане, выступал против правительственного ограничения обрядностей мусульман, запрещения местному населению свободной и беспошлинной добычи соли, ограничений местного самоуправления, чрезмерных налогов и повинностей. Обрисовав тяжелую картину притеснения мусульман со стороны русских, Батырша переходит к военно-политическим проблемам и призывает мусульман сплотиться перед лицом неверных и, взяв в руки оружие, подняться на священную войну за веру и свободу. [5] Начало восстания было намечено на 3 июля 1755 года. Воззвание явилось программой башкирского восстания 1755—1756 годов .

Но в ходе восстания Батырша был разбит мусульманским отрядом, решившим, что выгоднее быть на стороне государства. Сам Батырша был схвачен 8 августа 1756 года в деревне Азяково Осинской дороги (ныне деревня Бураевского района Республики Башкортостан ) «верными» мишарями под руководством Сулеймана Деваева и передан царским властям [6] [7] [8] [9]. Закованный в цепи, под усиленной охраной отвезен в Москву. затем в Санкт-Петербург .

Находясь в тюрьме и ожидая приговор, составил знаменитое письмо — «Тахризнамэ», обращенное императрице Елизавете Петровне. Отрывок из письма в переводе:

«Если мы находимся под клятвенным обетом одного падишаха, и если этот падишах тверд и постоянен в своем обете, то мы, по предписанию нашего шариата и нашей священной книги, обязаны жертвовать своими головами и жизнью. Если падишах не обеспечивает в настоящее время взятые на себя обязательства по защите своих подданных от притеснений, если повинности постоянно меняются и накладываются новые, то мусульмане обязаны примкнуть и помочь своим единоверцам и постараться о возвышении веры по способу, предписанному шариатом».

— Письмо Батырши императрице Елизавете Петровне. Уфа 1993.-С. 94. [10]

В декабре 1758 года Батырша был приговорен к наказанию плетьми, вырыванию ноздрей и пожизненной каторге.

После долгих пыток и допросов Батыршу отправили в Шлиссельбургскую крепость на пожизненное заточение. Там он затеял спор с православными священниками и даже дал согласие на добровольное крещение, если те сумеют доказать превосходство христианской религии над исламом. Спор кончился тем, что тюремные палачи вырвали Батырше язык. Он пять лет промучился в заточении, но закончить свою жизнь в рабстве не захотел. В июле 1762 года он схватил в свои закованные руки топор, забытый в его камере надзирателями, и бросился на охранников. В схватке Батырша убил четырёх охранников и погиб сам. [11]

  • В селе Старобалтачево Балтачевского района Башкортостана существует музей идейного вождя башкирского восстания 1755—1756 гг. Батырши — Габдуллы Галиева. В фонде музея имеется свыше 100 рукописей авторства Батырши. Ежегодно музей встречает 5—6 тысяч посетителей. [12]
  • В селе Старобалтачево Балтачевского района Башкортостана 4 октября 2002 года была проведена научно-практическая конференция, посвященная наследию Батырши (тат. “Ил улы – Батырша, жир улы Батырша, ул яши һәм яшәр мәңгегә” ).
  • В 2010 году в столице Башкортостана, в городе Уфе появилась Улица Батырши Алиева .

ВОССТАНИЕ БАТЫРШИ.

овое восстание в ходе национально-освободительного движения татарского и башкирского народов, серьезно напугавшее царское правительство, началось в 1755 году снова в Уфимской провинции. Его духовным вдохновителем и предводителем был мишарин Габдулла Галиев, известный в народе под именем Батырша («Смелый шах»). Среди современников он выделялся своей большой ученостью.

Батырша родился в 1715 году в деревне Карышбашево, что на берегу реки Танып, почти все побережье которой было усеяно переселившимися в Башкортостан мишарскими и татарскими деревнями. Карышбашево входило тогда в Уфимскую волость (ныне в Балтасинский район Башкортостана). Батырша до 1743 года учился в Тайсугановском (в Альметьевском районе Татарстана), затем в Ташкичуевском (в Арском районе) медресе. После этого в течение 11 лет он обучал детей грамоте в родном крае. Ученого, прямолинейного, смелого Батыршу заметила и Уфимская администрация. Губернские и уфимские чиновники в 1754 году предложили ему стать ахуном (главным муллой и в какой-то мере судьей) Сибирской дороги. Но Батырша не продался властям ради почетной должности. В это время он уже готовился поднять поволжских, приуральских, среднеазиатских мусульман на новое восстание за освобождение от российского рабства. А у мусульманского народа чаша терпения была переполненной. Мусульмане уже и так со слезами на глазах терпели лашманский гнет, захват земель русскими колонизаторами, истязания на заводах, разрушение мечетей. Но русские цари и правители и не думали хоть как-то смягчить угнетение мусульман. Наоборот, разбой и грабеж мусульман со стороны правительства усиливались с каждым годом. Так, если раньше отдельные группы татар, проживающие на территории Башкортостана, пользовались некоторыми привилегиями, то, начиная с 1747 года, они тоже вынуждены были платить налог: 80 копеек — с тептяр и бобылей, 25 копеек с мишар. Их же заставляли охранять восточные границы России. В 1748 году, например, из 10800 человек, стерегущих границу, 5700 человек были мусульманами (И. Акманов). А насильственное же крещение, безжалостно проводимое русским правительством и миссионерами, вызывало у татар нестерпимую ярость и противостояние. Вот почему в 1750 году из Казанского уезда в башкирские степи и на побережье Яика сбежало еще 19389 человек (С. Алишев). В тех же 50-х годах на дорогах России появились почтовые станы и почтовые ямы. Содержание почтовых станов, обеспечение почтовых ям лошадьми, подводой, амуницией и фуражом легли на плечи местного населения. Так, содержание одной лары хороших лошадей требовало от крестьян дополнительных расходов в 100-120 рублей в год. И последней каплей в чаше терпения мусульманского народа стал Указ Сената от 16 марта 1754 года — Указ об обязательной покупке соли.

До этого татары и башкиры добывали соль из Илецкого озера, находящегося за рекой Яик, и за это ничего не платили. После объявления Указа царская администрация заставляла их покупать ту же соль по 35 копеек за один пуд. Если раньше башкиры и татары Уфимской провинции платили подать в 4392 рубля, то при покупке соли они должны были внести в казну 14-15 тысяч рублей в год (А. Чулошников), Такой грабеж, конечно же, вызвал у мусульман сильное недовольство. Уже осенью 1754 года началось брожение среди крестьян провинции. Народ ждал только призыва.

>Батырша взял эту задачу на свои плечи. Он за несколько недель спешно объездил почти всю губернию, побывал в Оренбурге, в Каргалах (эту слободу основали 200 татарских семей, переселенные из Сеитовых Сабов во главе с Сеитом Хаялиным в 1745 году, она по численности населения превосходила Оренбург), в Бурзянской волости Ногайской дороги и в ряде волостей Сибирской и Осинской дорог, получил благословения многих влиятельных старшин. Зимой 1754-1755 годов Батырша в течение двух месяцев писал воззвания к мусульманскому народу и через своих учеников посылал их во все концы Казанской и Оренбургской губерний. Обратился он и к мусульманам казахских степей. «Русские стремятся подчинить себе казахский народ. А татар и башкир пытаются подстрекать к войне против казахов. Стремятся пролить нашу кровь, уничтожить нашу дружбу и мир между мусульманскими народами», — писал он ясновидяще в своих письмах.

Батырша началом восстания определил 3 июля 1755 года и надеялся, что к освободительному движению подключатся все волости между Волгой и Уралом. По замыслу Батырши, восстание должно было принять и форму антисоциального гнета. Такие старшины-изменники, как Сулейман Деваев, Шарип Мряков, Яныш Абдуллин, Абдулла Вагапов, Абдул Хузягулов активно участвовали в подавлении тептяро-мишарского бунта в 1747 году на стороне царских карателей, и являлись кровопийцами и грабителями мусульманского народа. Батырша призывал избавиться от них в первую очередь.

Однако восстание вспыхнуло намного раньше назначенного Батыршой срока. Еще в 1754 году на побережья реки Ирендык правительством была направлена специальная горно-изыскательская экспедиция во главе с Брагиным. Прибыв на Ногайскую дорогу Уфимской провинции, Брагин со своими сподручными на глазах башкир насиловал их жен и дочерей, грабил имущество, отнимал земли. Разъяренные жители Бурзянской волости 15 мая 1755 года напали на экспедицию, Брагина же самого убили. Повстанцы разорили еще и Сапсальский почтовый стан. Но это стихийное выступление крестьян жители соседних волостей не поддержали. Спешно прибыли в Бурзянскую волость каратели и начали арестовывать зачинщиков. Сотни повстанцев со своими семьями сбежали за Яик, в казахские степи.

Из-за этого стихийного бунта был сорван срок общего восстания. Оно же началось 8 августа и снова в Бурзянской волости. Подтолкнул бурзянцев к выступлению прибывший к ним Батырша. Бурзянцы напали тогда на назначенного администрацией, а не избранного ими старшину Абдуллу Вагапова и убили его. 9 августа отряды повстанцев напали на Преображенский и Вознесенский заводы. В течение 2.-3 дней к восставшим подключились почти все волости Ногайской дороги. Были осаждены ряд близлежащих крепостей и заводов, разорены и сожжены большинство почтовых ям. 15 августа мятежники уничтожили Покровский завод А. Шувалова. Когда 18 августа вышел из Зелаирской крепости отряд капитана Шкапского, повстанцы встретили его на узкой лесной дороге, посреди топи. Рота драгун и 50 казаков были полностью уничтожены.

К середине августа Батырша уже вернулся в свою родную деревню и призвал к восстанию жителей Осинской дороги. 27 августа первыми выступили татары и башкиры Тайнинской волости. Был убит старшина Абдул Хузягулов, как предатель, и за свои «великие денежные сборы». Почуяв опасность, старшины-изменники во главе с Янышем Абдуллиным поспешили создать отряды из верных себе крестьян. На помощь феодалам спешили и карательные войска. Растерявшиеся повстанцы, в надежде на помощь, направились к Батырше, в деревню Карышбашево. Но опоздали. Утром 1 сентября, заметив отряд, направленный Янышем Абдуллиным для его ареста, Батырша со своими несколькими учениками скрылся в лесу и пропадал там около года.

Весть о новом восстании, вспыхнувшем в Уфимской провинции, немедленно дошла и до Петербурга. Царские чиновники больше всего боялись, что восстание перекинется в Казанский край. Поэтому уже 3 и 4 сентября правительством были выпущены два Указа с почти что ничтожными уступками татарскому народу. Так, в них правительство дало указание перевести лашманов из ведения губернской канцелярии в ведомство Адмиралтейской конторы и об оплате за работу в ночные часы. Но из Закамья шли уже более тревожные известия и правительство 27 и 28 сентября издало еще два Указа. Если в первом приказывалось прекратить брать налоги и рекрут с татар за крещеных, то во втором указывалось платить двухмесячное жалованье вперед татарам, взятым в поход против восставших. Был еще один более существенный Указ. 26 сентября министры Военной коллегии, Сената, коллегии Иностранных дел, собравшись вместе (!), приняли постановление о смене Казанского и Тобольского архиепископов Конашевича и Гловатского. Позже сей Указ утвердила и сама императрица (!).

Все эти факты говорят о том, насколько сильно было напугано царское правительство новым восстанием мусульман. Но восстание не разрослось. Повстанцы, оставшиеся без главного предводителя и под напором все увеличивающихся карательных войск, вынуждены были бежать за Яик. Уже в сентябре количество сбежавших повстанцев достигло 10 тысяч (а они уходили за Яик вместе с семьями, потому их общее число доходило до 50 тысяч (В. Витебский).

Этой бедой мусульманского народа решил воспользоваться Оренбургский губернатор генерал Иван Неплюев. Он построил коварный план: натравить казахские и татарско-башкирские народы друг на друга, вызвать войну между ними и истребить мусульман в обоюдных стычках. Ради осуществления своего грязного замысла, он отправил к казахским султанам и бекам толмача губернской канцелярии Матвея Арапова, капитана Яковлева, мурзу Максутова, Усмана Арсланова и через них разрешил казахам захватывать в плен жен и детей, скот и скарб беженцев, при условии, что они выдадут российским властям мужчин-повстанцев. Чтобы подогреть аппетит казахских правителей и с целью подкупа Неплюев посылал им различные подарки, а Нурали-хану выхлопотал даже годовое жалованье в 600 рублей.

В это время среди казахских родов и племен шла внутренняя вражда. Часть султанов стояла за выход из российского подданства. Они-то и приютили у себя приуральских повстанцев. Но подарки и посулы Неплюева уже успели отравить другую группу — алчных беков. Они со своими головорезами напали на беженцев. В защиту беженцев выступили противники России. Началась страшная резня, как между самими казахами, так и между алчными казахами и беженцами. Алчные головорезы захватывали в плен жен и детей повстанцев, грабили обозы. Приуральские беженцы-повстанцы вынуждены были переправиться на правый берег Яика, вновь вернуться в свою родную башкирскую степь. Тут их ожидали новые бои — уже с царскими карателями. Весть же о коварстве и грабеж беженцев казахами достигла почти всех волостей Ногайской дороги. Для освобождения пленных и с целью мести казахам собрались новые отряды татар и башкир, и уже они, объединившись со старыми, бросились в казахские степи. Там начался новый этап резни. На помощь алчным поднялись безвинные казахи, присоединились к ним и сарбазы Нурали-хана. После ожесточенных боев приуральцы отступили снова на правый берег Яика. В ходе этих битв погибли тысячи казахов, татар и башкир, тысячи приуральских жен и детей остались в плену у казахов. Мелкие стычки между башкирами и казахами продолжались еще долго. Взаимная вражда сохранилась на долгие годы. И на этот раз восторжествовал коварный принцип царской администрации «разделяй и властвуй».

(От негодования нас бросает в дрожь. Коварнейший палач мусульманских народов Иван Неплюев представлен сегодня в учебниках и энциклопедиях, как искусный дипломат и государственный деятель. В музеях Оренбурга и Екатеринбурга посетителей встречают с портретов радужные, добрые лица палачей-колонизаторов В.Татищева, И. Кирилова, И. Неплюева. Город неподалеку от Саратова носит имя кровожадного А. Сергеева, собственноручно истребившего в 1705-1710 годах сотни мусульман. Ох, где же она, правдивая русская история? И станет ли она когда-нибудь правдивою. ).

Вернемся в Оренбург 1755 года. Неплюев совершил не одно злодеяние. Он «от имени» ахуна Ибрагима подготовил подметные письма и отправил их в разные концы Уфимской провинции. «Ахун9quot; в своих письмах обвинял Батыршу в том, что тот своими действиями нарушил Коран. Неплюев старался посеять вражду также между татарами и башкирами. Так, он натравливал мишар на башкир, говоря, что башкиры хотят превратить мишар в своих рабов. Еще Неплюев богат был и на посулы. За поимку Батырши он обещал 1000 рублей денег и разослал во все концы грамоты об этом.

Кроме всего этого, Неплюев сосредоточил под своим началом огромное число карателей. Хотя к началу восстания в губернии имелись 13 боевых полков с 15 тысячами солдат и иррегулярное войско в 9300 человек, Неплюев спешно потребовал от калмыков, яицких и донских казаков тысячные отряды. По просьбе Неплюева Сенат направил в мятежный край из Пензы, Шацка, Алатыря, Москвы, Ярославля, Коломны, Козлова 8 полков общей численностью в 12-15 тысяч солдат. Неплюеву и это показалось недостаточным, и он потребовал отправки из Казани — 5 тысяч, с Дона еще 2 тысячи человек. В результате под командование кровожадного генерала было собрано войско общей численностью в 50 тысяч карателей («Очерки по истории Баш. АССР»).

Правда, восстание потухло, так и не разгоревшись, и такая армия карателей не потребовалась. Тем не менее, Неплюев стремился «образумить9quot; местное население. Несмотря на то, что уже 1 сентября 1755 года правительство выпустило Указ о прощении добровольно покаявшихся повстанцев, только лишь в Оренбургской губернской канцелярии из 230 «допрошенных9quot; мужчин погибло 185, а из 115 «допрошенных9quot; женщин — 97 (А. Чулошников).

А сам Батырша был схвачен в плен 8 августа 1756 года в деревне Сугушла (в Бугульминском районе). Старшина-предатель Сулейман Деваев отвез его в руки Неплюева, а тот спешно перепроводил предводителя мятежников в Петербург. Пятнадцать самых близких соратников Батырши были отправлены по той же дороге. Вот их имена: из татар — Максуд Аскин, Рыскул Исламов, Мирахмет Акзигитов, Ибрай Тимергазин, Муслюм Ибрагимов, Ахмет Крюков, Мустафа Асянов, Акчура Ягутеев, Давлетбай Хузягулов, Исмаил Алкин; из башкир — Исхак Мурзалиев, Кучюкбай Имангулов, Нури Баскынов, Чурагул Миннибаев, Сафар Ягфаров.

После долгих пыток и допросов Батыршу отправили в Шлиссельбургскую крепость на пожизненное заточение. Там он затеял спор с православными священниками и даже дал согласие на добровольное крещение, если те сумеют доказать превосходство христианской религии над исламом. Спор кончился тем, что тюремные палачи вырвали Батырше язык. Он пять лет промучился в заточении, но закончить свою жизнь в рабстве не захотел. В июле 1762 года он схватил в свои закованные руки топор, забытый в его камере надзирателями, и бросился на охранников. Батырша зарубил четверых солдат, но и сам умер от разрыва сердца, стоя на ногах («Очерки по истории Башкирской АССР», «История Татарии в документах и материалах»; С. Алишев, В. Витебский, А. Чулошников).

Восстание Батырши не прошло бесследно. Под его влиянием правительство в 1756 году издало Указ о разрешении строительства мечетей. Семена же, посеянные Батыршой, скоро дали всходы. Уже в 1760 году с призывом к мусульманам объединиться ради освобождения от российского ига выступил Мурат-мулла. Однако народ не успел его поддержать. Мурат-муллу и его соратников захватили в плен и увезли в Петербург.

из книги Ф.Г. Ислаева «Православные миссионеры в Поволжье», Казань, 1999г. Татарское книжное издательство.
Восстание происходило также на территории современной Пермской области. В статье перечислены некоторые современные села Пермской области, Бардымского района.

Восстание Батырши

В неравной борьбе с духовным насилием православных миссионеров при полной поддержке государственной власти исключительно важную роль сыграло восстание мусульманских народов — татар, и башкир — под руководством муллы Батырши, выдающегося деятеля национально-освободительного движения татарского народа, крупного богослова и мыслителя. Именно это восстание, понесенные его участниками немалые жертвы, остановили тотальное наступление государства нехристианской православной церкви на татар-мусульман и дали шанс возможности сохранения исламской религии. Батырша родился примерно в 1715 году в деревне Карыш Сибирской дороги Уфимского уезда (ныне деревня Карышбаш, Балтасинского района Республики. Башкортостан) в мишарской семье. Он получил для своего времени фундаментальное религиозное образование — сначала учился в медресе деревни Тайсуган (ныне Альметьевский район), а затем совершенствовал свои познания у известного муллы ахуна Абдусалям Урай улы в деревне Ташкичу (ныне Арский район). Время учебы шакирда Батырши по времени совпало с периодом, когда насильственное крещение мусульманских народов, особенно татар, приобрело наиболее жестокие формы. Именно в условиях тотального наступления православной церкви против ислама формируются религиозные и философские взгляды Батырши, которые в конечном счете v стали фундаментом его мятежного духа.
После завершения учебы в Ташкичу он несколько лет обучал детей в Гайнинской волости Уфимского уезда Осинской дороги, в Исетской провинции в мишарской деревне. Через четыре года после окончания учебы он вернулся в свою родную деревню Карыш в качестве муллы. Вскоре слава о нем как об ученом мулле, знатоке шариатских законов, справедливом при решении самых сложных спорных житейских вопросов и хорошем учителе медресе распространилась по многим мусульманским регионам. Его медресе стало авторитетным учебным заведением, где обучались шакирды не только Уфимского, но и не близких деревень Казанского, Кунгурского уездов Исетской провинции.
Батырше скоро стало ясно, сколь гибельна для мусульман миссионерская политика Российского государства и русской православной церкви, так как последовательное осуществление ее неизбежно означало поголовное насильственное крещение каждого правоверного мусульманина. Потеря исламской религии — основы мировоззрения и поведения татар — означала и потерю национальной самобытности народа, имеющего тысячелетнюю историю. На волне всеобщего недовольства и возмущения татар, башкир и других языческих народов России Батырша пришел к неизбежному выводу, что только вооруженное восстание против духовного и экономического насилия может дать шанс сохранению традиционной религии и мусульманских духовных ценностей.
К середине 50-х годов возмущение народов против колониального насилия достигло апогея. Батырша, пытаясь придать организованность стихийному возмущению народа, весной 1755 года выступил с «Воззванием9quot;, призывающим начать открытое вооруженное выступление 1 июля 1755 года. Это воззвание было широко распространено среди татар и башкир его шакирдами и ближайшими сторонниками.
Воззвание, содержащее программу антиколониального восстания, написано в форме толкований цитат из священной книги мусульман — Корана — и собраний хадисов, высказываний и изречений пророка Мухамеда. Батырше было очевидно, что борьба против русской колониальной власти могла быть успешной только тогда, когда она могла объединить под знаменем ислама всех мусульман. Только исламское единство могло гарантировать успешную борьбу против насилия.
Мулла Батырша писал: «Из года в год и изо дня в день передаются слухи о приходе войск из мусульманских стран. Если бог доведет нас до этой надежды, то и мы, если будет угодно богу, что-нибудь предпримем. Иначе если мы будем действовать с немногочисленными здешними мусульманами, то не сумеем оказать сопротивление неверным с их многочисленным, подобно сыпучему песку, войском и не найдем иного способа, кроме как покинуть свои жилища» 1 .
В условиях реальной угрозы потери татарами исламской религии защита религии, ее непреходящих духовные ценностей означала и защиту национально-культурной самобытности татарского народа.
Мулла Батырша здесь выступал не только против духовного насилия миссионеров. Он прекрасно понимал, что политика насильственного крещения подрывала и основы экономического благосостояния мусульманского населения. В результате последовательного осуществления политики насильственного крещения значительно ухудшилось экономическое положение податного населения, вынужденного платить еще и налоги за крещеных, она ущемляла интересы и состоятельных мусульман, так как работники, занятые на отработке своих долгов, в случае крещения освобождались от своих долговых обязательств. К разорению татарского населения вело и переселение некрещеных на новые, часто не освоенные места.
Говоря о принудительном крещении, мулла Батырша подчеркивал: «И вообще цель русских была та, что если бы они имели возможность, то они в одно время всех мусульман, живущих в стране русских, обложили бы непосильными налогами и, тем самым совершенно их истощив, хотели бы насильственно заставить их принять свою ложную веру».
Программа муллы Батырши требовала освободить все население от непомерных налогов, подводной повинности, работы на строительстве, города Оренбурга и крепостной на укрепленной пограничной линии и других казенных сооружений, упразднить военно-сторожевую службу, запретить строительство в крае заводов и крепостей, нe допускать захвата земель, восстановить право башкир на бесплатное пользование солью из местных месторождений, предоставить крещеным право вернуться в мусульманскую веру, снять с некрещеных дополнительные налоги и повинности, запретить старшинам заниматься Шариатскими делами, оставив их полностью в компетенции духовенства.
Все эти требования в условиях сохранения русской колониальной власти реализовать было невозможно, поэтому объективно означали призыв к самостоятельности мусульман от Российской империи.
Мулла Батырша, кроме идеи исламского единства, заложил и основы тюркского единства, идеи, которая в последующем получила название «пантюркизма9quot;; хорошо знакомый с историей своего народа, он не представлял мусульманскую солидарность без тюркского единства. Он прекрасно понимал, что после завершения колонизации башкирских земель следующей страной притязаний русских станут казахские земли, а затем и Средняя Азия, и Кавказ, и Крым.
Заслуживает внимание и обоснование Батыршой права народа выступить против властей: «Если мы находимся под клятвенным обетом одного падишаха, и если этот падишах тверд и постоянен в своем обете, то мы, по предписанию нашего шариата и нашей священной книги, обязаны жертвовать своими головами и жизнью. Если падишах не обеспечивает в настоящее время взятые на себя обязательства по защите своих подданных от притеснений, если повинности постоянно меняются и накладываются новые, то мусульмане обязаны примкнуть и помочь своим единоверцам и постараться о возвышении веры по способу, предписанному шариатом» 2 .
И.Г.Акманов в своей брошюре «За правдивое освещение истории народов» считает, что «Батыршу нельзя считать предводителем восстания, тем более называть это движение его именем, как ошибочно писали дореволюционные историки» 3. Исследователь, посвятивший всю свою жизнь изучению истории башкирских восстаний XVIII столетия, не может не знать фактическую сторону этого крупнейшего народного восстания середины века. В данном конкретном случае не дореволюционные историки ошибались, а уважаемый профессор сознательно пытается исказить историю национально-освободительного движения народов Российской империи, выполняя таким образом своеобразный наказ митрополии. Историкам прекрасно известно, что идейными вдохновителями, а зачастую и фактическими руководителями всех без исключения башкирских восстаний были татарские муллы, просвещавшие башкир светом мусульманской религии.
В подтверждение данного тезиса приведем слова другого знатока восстания Батырши С.M.Васильева, который писал буквально следующее: «следует признать его (Батырши — Ф. И.) неутомимую деятельность по подготовке и организации самого восстания» 4 .
Следует особо отметить, что воззвание, написанное Батыршой и распространенное его шакирдами и соратниками среди мусульманского населения края, сыграло главную организующую и мобилизующую роль в подготовке восстания. Батырша энергично призывал: «Вы, верующие, не страшитесь, что нас, правоверных, мало, а их, россиян, много и что мы против их восстать не можем. Извольте знать и ведать, что я, Абдулла Мязгильдин, всех четырех дорог народа правоверного состояния и тайность разведал и познал; с некоторыми попечительными учеными. смышлеными и подлыми людьми (то есть простым народом — Ф. И.) советовал, и условясь, срок предположили. чтоб в сем 1755 году, после праздника и разговения, т. е. июля 1 числа, восстать и, последуя стезям пророка нашего, повинуясь повелению божию, устроя себя в военном-оружии, их, неверных россиян, разорить во славу Бога и возлюбленника его пророка приступимте, ибо во все стороны письма и вести от нас разосланы, чтоб к вышеупомянутому назначенному дню изготовились и выезжали» 5 .
Однако события развивались стремительно, а возмущение людей против русской колонизации и религиозного насилия было настолько велико, что башкиры Бурзянской волости Уфимского уезда еще задолго до назначенного» Батыршой срока, в мае 1755 года начали активные действия. 15 мая башкиры во главе с Джилан Иткуловым и Худайберды расправились с начальником горно-изыскательских работ Брагиным и его помощниками. Брагин незадолго до этого был направлен из столицы в южные волости Ногайской дороги «для отыскания и разработки цветных камней». За короткий срок пребывания в Башкирии он больше занимался грабежами и насилием местного населения, чем поиском минералов. Возмущенные башкиры уничтожили отряд Брагина. 18 мая восставшие разорили Сапсальский ям Исетского тракта и двор Брагина. Кроме того, они стали нападать на проезжавших чиновников, расправлялись с находившимися в почтовых станах драгунами.
Власти Оренбурга приняли энергичные меры против повстанцев. Уже 22 мая в Бурзянскую волость прибыла воинская команда во главе с подполковником Исаковым. Несколько позднее сюда же были направлены более тысячи солдат и казаков. В помощь этим силам были мобилизованы башкирские старшины со своими отрядами. Участники мятежа, их семьи и родственники были арестованы, скот и имущество было конфисковано. Уцелевшие жители бежали к казахам 6 .
Чтобы не допустить впредь волнений среди башкир, тогда же колониальные власти приняли решение о строительстве в центре Бурзянской волости Зилаирской крепости, которая обеспечивала бы эффективный контроль за действиями беспокойных башкир. Привлечение башкир к строительству этой крепости, продолжающееся насилие над местным населением, вызвало новое возмущение. В начале августа 1755 башкиры Бурзянской волости восстала вновь. 9 августа мятежники напали на Вознесенский медный завод, отогнали заводских лошадей, в ряде мест подожгли леса. Бурзянцев поддержали жители соседних волостей. 18 августа в 30 верстах от Зилаирской крепости отряд Кучужбая окружил и истребил команду капитана Шкапского в составе роты драгун и 50 казаков 7 .
Гайнинская волость Осинской дороги Уфимского уезда стала вторым центром подготовки восстания. Батырша наладил постоянную связь с жителями этой волости, в частности с муллой Исхаком из деревни Тюнгак. Активная подготовка гайнинцев к антиправительственным выступлениям была замечена властями. В середине июля 1755 года старшина волости Абдул Куджагулов сообщил в Осинскую воеводскую канцелярию, что «его волости 20 человек башкирцев, подволошных четырех деревень, начинают бунт». Властям, однако, задержать оговоренных участников не удалось, так как они посланному копиисту и солдатам «не дались, и едва от того оные посланные убежали».
После возвращения Батырши из Оренбурга, куда он ездил специально для установления более тесных связей с местными татарами, в деревне Карыш состоялся своеобразный совет, в котором приняли участие Аликей из деревни Уруш, Масгут и Урускул из деревни Мирасим, мулла Юсуф из деревни Турна и Бурхан Мустафа улы. На этом совете Батырша призвал собравшихся, чтобы они сели на лучших коней и ехали в Гайну, встретились там с муллой Исхаком и начали восстание, которое потом необходимо распространить в соседние волости Осинской и Сибирской дорог Уфимского уезда. Все присутствующие высказали готовность пожертвовать собой за исламскую веру, решили идти домой и готовиться к выступлению.
Во второй половине августа в Гайнинскую волость направляются Батыршой Максут и Урускул, Исмагил из Казанского уезда и Ахмар. Сразу же после появления посланцев Батырши в волости начались волнения. 27- 28 августа восставшими под руководством Мустая и Акбаша был убит старшина Тайнинской волости Абдул Куджагулов «за великие денежные сборы», как один из полностью дискредитировавшихся представителей колониальных властей. В деревне Султанай Сагит Чубаркин начал изготовление ратниц. Во многих деревнях, в том числе в Башапе. Султанае. Тюнгаке. Аклуше состоялись собрания местных жителей (жыены), где выступали Чурагул и Исхак и местный ясачный татарин Акчура Ягутеев. На этих собраниях зачитывалось «Воззвание9quot; Батырши, которое местными жителями воспринималось как призыв к открытому восстанию. На 1 сентября намечалось всеобщее выступление.
Тем не менее намеченные меры так и не удалось осуществить, подготовительные работы так и не стали прелюдией активных действий восставших. Виной тому стало решительное выступление Туктамыша Ижбулатова, который был избран старшиной Гайнинской волости после убийства прежнего старшины. Добившись избрания на пост старшины, он немедленно развернул активную работу для срыва антиправительственных выступлений в волости. Он вполне сознавал, что только активная поддержка властей может укрепить его положение как старшины. Эти решительные действия Туктамыша Ижбулатова показали, что к власти в волости пришел весьма решительный деятель, который на протяжении более чем 20 лет бессменно будет волостным старшиной, даже членом Екатерининской комиссии.
Встреча противников состоялась у деревни Кызыл Яр. Сторонники Ижбулатова, не встретив активного противодействия, рассеяли собрание в этой деревне. Это событие стало переломным в подготовке восставших к активным действиям. Потерпев поражение здесь; противники колониальных властей уже не сумели организовать вооруженное выступление в волости и направились в Карыш для встречи с Батыршой. Однако они в Карыше Батыршу уже не застали, так как он вместе с семьей и ближайшими соратниками и учениками скрылся в лесу 1 сентября. Гайнинцы вернулись в волость, рассеялись и стали скрываться в разных дальних деревнях и ближайших лесах.
Власти принимали энергичные меры для изоляции и подавления возможных волнений. Карательные отряды вступили в пределы Осинской дороги в 20-х числах сентября. Организованного сопротивления эти войска здесь уже не встретили. Участники волнений, активные сторонники Батырши были пойманы и привлечены к следствию.
Эти события получили любопытное отражение в Кунгурской летописи Шишкиных. Так, за годом 1755 отмечено, что «некоторые воры башкирцы в Уральских горах и около Казанской крепости чинили на российских людей нападения и смертельные убийства, а также смежно живущие в Кунгурской и Уфимской уездах Гайнинской волости башкирцы тогда же имели возмущение — почему и принята была в Кунгуре и по уезду в острожках от тех воров башкирцев крепкая предосторожность: тогда же были употреблены от бывшего в Оренбурге господина действительного тайного советника и кавалера И.И. Неплюева к усмерению бунтовщиков башкирцев два регулярных конных полка, чрез которых посредство город Кунгур и уезд от воров башкирцев и охранен» 8 .
Мулла Батырша еще в течение целого года скрывался от властей, а 6 августа 1756 года был пойман и передан властям; он погиб 24 июля 1762 года в Шлиссельбургской крепости в неравной борьбе с тюремщиками.

Восстание батырши
Шлиссельбургская крепость — место гибели Батырши

На религиозный характер восстания Батырши указывает реакция Российского правительства. Уже 3 сентября 1755 года императрица Елизавета Петровна отменила переселение некрещеных татар, «состоящих в Казанской и протчих губерниях магометанского закону некрещеных татар, живущих с крещеными в одних деревнях, не переселять», а жалобы новокрещеных на татар разбирать в Казанской губернской канцелярии вместе с духовными персонами, «особливо по нынешним известным обстоятельствам» 9 .
Таким образом, отменялась наиболее дискриминационная практика переселения некрещеных татар, а их жалобы теперь должны были рассматривать светские власти, правда, вместе с миссионерами, чего ранее и представить было трудно. При этом закон предписывал более внимательно отнестись к взаимным обвинениям с учетом «известных обстоятельств», т. е. восстания Батырши.
Год спустя, в 1756 году, правительство разрешило строительство мечетей в татарских селениях. Указ от 23 августа 1756 года разрешал в Казанской, Воронежской, Нижегородской, Астраханской и Сибирских губерниях строить мечети 10. Еще ранее были удовлетворены требования татар по оплате труда на адмиралтейских корабельных работах.
Наиболее активные проводники политики насильственного крещения татар-мусульман епископ Казанский и Свияжский Лука Канашевич и митрополит Тобольский и Сибирский Сильвестр Гловацкий осенью 1755 года были перемещены в другие епархии, где не было мусульманского населения.
Таким образом, только активное выступление мусульман, включая и вооруженные формы, против духовного насилия со стороны колониальных властей и русской православной церкви стало той преградой, которая заставила российское правительство отказаться от нереальных планов повсеместного крещения мусульман и встать на путь диалога с исламской религией.

Примечания .
1. Письмо Батырши императрице Елизавете Петровне. Уфа
1993.-С. 93.
2. Там же.-С. 94.
3. Акманов И. Г. За правдивое освещение истории народов.- Уфа, 1995.-С. 57.
4. Васильев С. М. Роль Батырши в восстании 1755 года в Башкирии // Страницы истории Башкирии.-Уфа, 1974.-С. 25-32.
5. Дубровин Н. Пугачев и его сообщники.- Т. 1.- С. 261__262.
6. Акманов И. Г. Башкирские восстания в XVIII в. Учебное пособие-Уфа, 1987-С. 55.
7. Там же.-С. 56.
8. Кунгурская летопись Пиликиных.- Пермь, 1886.-С. 16-17.
9. Полное собрание. -Сер. П.-Т. 4.-С. 173-174.
10. Там же.-С. 230-234.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *