Исторический опыт

Исторический опыт, уроки истории

В древнеримской историографии афористически кратко и четко было сформулировано представление о социальной функции исторического познания: «Historia magistra vitae» (история — наставница жизни, сокровищница примеров, иллюстрирующих добродетели и пороки). Историком, который отчетливо выразил мысль о нравственном предназначении изучения прошлого, был Тацит (55—120 гг. н.э.). «Я считаю главнейшей обязанностью анналов, — писал он, — сохранить память о проявлении добродетели и противопоставить бесчестным словам и делам устрашение позором в потомстве» [40]. Важно отметить: реализацию историком своей социальной роли Тацит связывал со стремлением к истине. По его мнению, только правда о прошлом может научить добру в настоящем.

В чем смысл современного представления о социальной функции исторического познания? Что такое уроки истории и как они извлекаются? Можно ли этими уроками пренебрегать и каковыми будут последствия этого? Прежде всего, следует сказать, что история учит, но это не носит обязательного характера, она не может заставить это делать. Неизвлечение уроков не проходит даром, но не для истории, а для тех, кто это допускает. О Бурбонах говорят, что они ничего не забыли и ничему не научились — за это они поплатились короной. Тех, кто не учится у истории, она обязательно проучит. Плата бывает разной в зависимости от поступков и масштабов деятельности тех или иных лиц.

Для того чтобы понять, как именно извлекаются уроки истории и что для этого необходимо, рассмотрим несколько примеров из далекого прошлого России.

В «Послании на Угру Вассиана Рыло» говорится: «Достославный великий князь Дмитрий, твой прародитель, какое мужество и храбрость показал за Доном над теми же сыроядцами окаянными. Сам напереди бился, не пощадил живота своего для избавления христианского, не испугался множества, не сказал сам себе: у меня жена и дети и богатства много, если землю мою возьмут, то в другом месте поселюсь, но не сомневаясь нимало, воспринял на подвиг, наперед выехал и в лицо стал против окаянного волка Мамая» [41].

В данном случае речь идет о том, что в 1480 г. накануне одного из важных событий в борьбе Руси с татаро-монгольским нашествием — стояния при Угре, у ближайшего окружения Ивана III возникло подозрение, что царь струсит и не пойдет на разрыв с Ордой. Обращение к опыту Куликовской битвы 1380 г. послужило уроком царю в данной ситуации.

Другой пример. Версальский мир означал для Германии вынужденное признание тяжелых и унизительных условий, в том числе и репарации державам-победительницам. В сочетании с последствиями экономического кризиса 1929 г. это имело прямое отношение к установлению фашистского режима в стране, развязыванию Второй мировой войны и к новому поражению Германии. Однако на этот раз позиция западных держав-победительниц по отношению к Германии была иной: не репарации, а долларовые вливания в экономику, прежде всего Западной Германии (план Маршалла). Урок из прошлого был, несомненно, извлечен.

Еще одна ситуация — антиалкогольная кампания в России времен перестройки. Ее негативные последствия не заставили себя долго ждать. Можно ли было их избежать? Да, можно, если бы власть обратилась к опыту прошлого — неудачной попытке ввести «сухой закон» в России в 1913 г. в США в 30-е гг. XX в. в Швеции и Финляндии после Второй мировой войны.

Извлекать или не извлекать уроки из прошлого — зависит не от прошлого, а от конкретной исторической ситуации с ее потребностями и проблемами реальной жизни. Именно от нее исходит импульс. Общим условием извлечения уроков истории является наличие некоторого объективного сходства между данной реальной ситуацией и прошлым, из которого извлекается урок. Г.В.Ф. Гегель прав: если такого сходства нет, нет возможности опираться на это прошлое. Извлеченный опыт — не некий штамп, который в неизменном виде переносится из прошлого на современную в каждый данный момент ситуацию, а своеобразная рекомендация к действию, смысл которой может быть и прямо противоположен тому, что было в прошлом. Все дело в индивидуальном своеобразии конкретных событий, ситуаций и целых эпох.

188.123.231.15 © studopedia.ru Не является автором материалов, которые размещены. Но предоставляет возможность бесплатного использования. Есть нарушение авторского права? Напишите нам.

Исторический опыт

Исторический опыт 90 — х гг. несомненно, самых трудных в развитии стран — членов СНГ и государств Балтии показал, что они нужны друг другу. Существенное сокращение взаимного товарооборота по сравнению с межреспубликанскими поставками советского периода, переориентация внешнеэкономических связей на третьи страны не означают исчезновение объективной базы для интеграции в СНГ.  [1]

Исторический опыт показывает, что эффективная нерыночная экономика — это иллюзия. Она обрекает общество на нищенский уровень потребления, потому что в ней не существует экономических регуляторов, которые заменили бы рыночную конкуренцию по своему стимулирующему влиянию на наемного работника, товаропроизводителя и экономическую систему в целом.  [2]

Исторический опыт свидетельствует, что достижение долговременного экономического роста возможно не путем копирования методов развитых стран, а на основе учета особенностей и уровня развития национальной экономики той или иной страны.  [3]

Исторический опыт 90 — х гг. несомненно, самых трудных в развитии стран — членов СНГ и государств Балтии показал, что они нужны друг другу. Существенное сокращение взаимного товарооборота по сравнению с межреспубликанскими поставками советского периода, переориентация внешнеэкономических связей на третьи страны не означают исчезновение объективной базы для интеграции в СНГ.  [4]

Исторический опыт показал, что сами по себе рыночные силы не в состоянии обеспечить не только полную, но и частичную стабилизацию и решение этой задачи требует государственного вмешательства. Тем более в странах, осуществляющих постсоциалистическую трансформацию, где еще не действуют многие экономические инструменты, используемые в условиях развитой рыночной экономики ( напр.  [5]

Исторический опыт свидетельствует, что управленческая деятельность по своему характеру и содержанию играет упорядочивающую роль в обществе, прежде всего, в сфере экономических отношений.  [6]

Исторический опыт свидетельствует, что нередко конкурировали между собой и целые государства.  [7]

Исторический опыт убеждает в том, что основой технического прогресса являются важнейшие изобретения. Только они революционизируют производство. Изобретательство в нашей стране возведено в ранг государственной политики, стало неотъемлемой частью отечественной экономики и ускорения технического прогресса.  [8]

Исторический опыт показывает, что демократия в полном смысле этого слова не служит питательной средой для революционных движений. Это объясняется тем, что демократия является основой социальных реформ, а реформы неизбежно отодвигают революцию. С другой стороны, там, где авторитарное правление блокирует различные движения реформ, реформаторы вынуждены нападать на правительство и на другие авторитарные институты общества. При этом многие из несостоявшихся реформаторов становятся революционерами. Таким образом, революционные движения процветают там, где реформы блокируются в такой степени, что единственным способом устранения недостатков социальной системы служит революционное движение. Не случайно коммунистические движения не развиты в таких традиционно демократических странах, как Швеция, Швейцария, Бельгия или Дания, и сильно развиты в тех странах, где в той или иной мере проводится репрессивная политика или правительство лишь считается демократическим и его деятельность неэффективна при проведении социальных реформ.  [9]

Исторический опыт свидетельствует, что та или иная структура банковской системы зависит от конкретных общественно-экономических условий. На практике используются различные модели построения банковских систем при главенствующей роли центрального банка.  [10]

Исторический опыт показал, что, пока за каждым народом сохранялось право быть самим собой, объединенная Евразия успешно сдерживала натиск и Западной Европы, и Китая, и мусульман.  [11]

Исторический опыт зарубежных стран249 убеждает, что при проведении правильной политики занятости безработица может удерживаться сколько угодно долго на достаточно низких уровнях. Примером такой политики занятости может служить опыт Швеции. Очевидно, что для России нужна программа по регулированию рынка труда наподобие шведской, которая зарекомендовала себя самой успешной в Европе за прошедшие два десятилетия. Она гласит: безработица бывает ниже, когда пособия по ней выдаются на короткий срок и при правильной организации переподготовки и повышении квалификации.  [12]

Исторический опыт показывает, что в кризисных ситуациях именно фундаментаяьняя наука всегда приходила на помощь человечеству, открывая новые возможности их преодоления на основе новых знаний. Названные выше проблемы носят наднациональный характер, и их решение требует объединения усилий всех ученых мира и ресурсов многих стран.  [13]

Исторический опыт и современная действительность всецело подтверждают правильность ленинской характеристики лозунга Соединенных Штатов Европы. В настоящее время этот лозунг усиленно выдвигается империалистами и их прислужниками — правыми социалистами.  [14]

Исторический опыт свидетельствует, что даже в условиях простого товарного производства экономически более эффективна кооперация труда, поэтому в течение долгих эпох друг другу сопутствуют индивидуальный труд на основе его разделения, специализации товаров, инструментов и работников и кооперированный труд.  [15]

Страницы:    9ensp;9ensp;1  9ensp;9ensp;2  9ensp;9ensp;3  9ensp;9ensp;4

Поделиться ссылкой:

Архив научных статей

Костякова Юлия Борисовна
Хакасский государственный университет им. Н. Ф. Катанова

Аннотация. Автор проанализировала научные работы зарубежных и отечественных авторов по вопросам исторического опыта, обобщила представления историков и философов о сущности исторического опыта, его происхождении и функциях, о возможности его использования для прогнозирования будущего. Особое внимание было уделено вопросу о роли исследователя в изучении и репрезентации исторического опыта, о соотношении в данном опыте объективного и субъективного. В статье дано авторское определение исторического опыта, на основе которого сделан вывод о сфере применения такого опыта в настоящем и будущем.

Ключевые слова и фразы: исторический опыт, опыт прошлого, опыт истории, опыт историка, «уроки прошлого», historical experience, past experience, experience of history, historian’s experience, «lessons of the past».

Исторический опыт

Открыть полный текст статьи в формате PDF. Бесплатный просмотрщик PDF-файлов можно скачать здесь .

Список литературы:

  1. Алексеев В. В. Исторический опыт как предмет изучения // XVIII Международный конгресс исторических наук. Монреаль — Екатеринбург, 1995. 35 с.
  2. Алексеев В. В. Прогностические возможности исторического опыта // Проблемы математической истории: историческая реконструкция, прогнозирование, методология / отв. ред. Г. Г. Малинецкий, А. В. Коротаев. М. УРСС, 2009.
  3. Анкерсмит Ф. Р. Возвышенный исторический опыт. М. Европа, 2007. 612 с.
  4. Анкерсмит Ф. Р. История и тропология: взлет и падение метафоры / пер. с англ. М. Кукарцева, Е. Коломоец, В. Катаева. М. Прогресс-Традиция, 2003. 496 с.
  5. Вен П. Фуко совершает переворот в истории: приложение // Вен П. Как пишут историю: опыт эпистемологии. М. Научный мир, 2003. 394 с.
  6. Гедамер Х.-Г. Истина и метод: основы философской герменевтики / пер. с нем.; общ. ред. и вступ. ст. Б. Н. Бессонова. М. Прогресс, 1988. 704 с.
  7. Гуревич А. Я. Территория историка // Одиссей. Человек в истории. М. Наука, 1996. С. 81-109.
  8. Дильтей В. Сущность философии. М. Интрада, 2001. 155 с.
  9. Зверева Г. И. Понятие «исторический опыт» в «новой философии истории» // Теоретические проблемы исторических исследований. М. Исторический факультет МГУ, 1999. Вып. 2. С. 104-117.
  10. Калимонов И. К. Теоретические проблемы исторического познания в творчестве П. Рикёра // CLIO MODERNA. Казань: Мастер-Лайн, 2005. С. 163-180.
  11. Козеллек Р. Прошедшее будущее: к семантике исторического времени // Отечественные записки. 2004. № 5. С. 226-241.
  12. Коллингвуд Р. Дж. Идея истории: автобиография. М. Наука, 1980. 485 с.
  13. Москаленко М. Р. Проекты государственного устройства России во второй половине XVIII — начале XXI в. исторический опыт социально-политического прогнозирования: автореф. дисс. канд. ист. наук. Екатеринбург, 2007. 24 с.
  14. Номогоева В. В. Исторический опыт социально-культурной модернизации национальных районов Восточной Сибири в 1920-1930-е гг. (на материалах Республики Бурятия): автореф. дисс. … д-ра ист. наук. Улан-Удэ, 2011. 37 с.
  15. Олейников А. Исторический опыт — новый предмет теоретических исследований // Homo Historicus: к 80-летию со дня рождения Ю. Л. Бессмертного: в 2-х кн. / А. О. Чубарьян. М. Наука, 2003. Кн. 1. С. 299-312.
  16. Рикёр П. История и истина / пер. с фр. СПб. Алетейя, 2002. 400 с.
  17. Словарь историка / под ред. Н. Оффенштадта при участии Г. Дюфо и Э. Мазюреля; пер. с фр. Л. А. Пименовой. М. РОССПЭН, 2011. 222 с.
  18. Тевлина В. В. Исторический опыт подготовки специалистов в области социальной работы в России: вторая половина XIX — XX в. автореф. дисс. д-ра ист. наук. Архангельск, 2004. 48 с.
  19. Тлепцок Р. А. Исторический опыт развития народов Северного Кавказа в составе Российской империи в период реформ 1860-х — начала 1880-х гг. автореф. дисс. … д-ра ист. наук. М. 2011. 76 с.
  20. Успенский Б. А. История и семиотика // Успенский Б. А. Избранные труды. Изд-е 2-е, испр. и доп. М. Школа «Языки русской культуры», 1996. Т. I. Семиотика истории. Семиотика культуры. С. 9-70.
  21. Царёв Б. В. Исторический опыт как проблема социального познания: дисс. … канд. филос. наук. Куйбышев, 1985. 207 с.

Исторический опыт как опыт прошлого: содержание и структура Текст научной статьи по специальности «История. Исторические науки »

Аннотация научной статьи по истории и историческим наукам, автор научной работы — Герасимов Олег Викторович

В настоящем исследовании исторический опыт рассматривается в качестве целостного опыта прошлого, всестороннего взаимодействия человека и истории. В его структуре выделяются такие стороны как ностальгический опыт, источниковедческий опыт, нарративный опыт и герменевтический опыт.

HISTORICAL EXPERIENCE AS EXPERIENCE OF THE PAST: THE CONTENT AND STRUCTURE

In this study, historical experience is seen as holistic experience of the past, full of interaction between man and history. Its structure includes such parties as nostalgic experience, source expertise experience, narrative experience and hermeneutic experience.

Похожие темы научных работ по истории и историческим наукам. автор научной работы — Герасимов Олег Викторович,

Мифотворчество как структурный момент историописания (история и миф в философской концепции Франка анкерсмита)

2016 / Нестеров Александр Юрьевич, Дёмин Илья Вячеславович

  • Историчность понимания и понимание истории

    Феномен ностальгии в горизонте постметафизической философии истории

    2012 / Дёмин Илья Вячеславович

  • Концептуализация судьбы в понимании исторического контекста бытия человека

    2013 / Черкозьянова Татьяна Владимировна

  • Психология и герменевтика: герменевтический анализ понимания в математических схемах и моделях

    2014 / Радина Надежда Константиновна, Поршнев Александр Валерьевич

  • Текст научной работы на тему «Исторический опыт как опыт прошлого: содержание и структура»

    ИСТОРИЧЕСКИЙ ОПЫТ КАК ОПЫТ ПРОШЛОГО: СОДЕРЖАНИЕ И СТРУКТУРА

    Самарский государственный технический университет

    Статья поступила в редакцию 19.12.2014

    В настоящем исследовании исторический опыт рассматривается в качестве целостного опыта прошлого, всестороннего взаимодействия человека и истории. В его структуре выделяются такие стороны как ностальгический опыт, источниковедческий опыт, нарративный опыт и герменевтический опыт. Ключевые слова: исторический опыт, ностальгия, нарратив, герменевтика, историописание.

    Категория исторического опыта всё шире применяется в философии истории, однако до сих пор в литературе отсутствует единое представление о сущности и содержании данного понятия. Одни философы понимают под историческим опытом накапливающийся в общественном сознании комплекс представлений о закономерностях социального бытия и общественного развития Ч Другие мыслят исторический опыт через переживание и репрезентацию прошлого, в результате чего само прошлое становится необходимым опытом2. Знание о таком прошлом становится, как справедливо отмечается философами, становится неотъемлемой частью исторического опыта3. При некотором внешнем сходстве данные философские традиции на самом деле понимают исторический опыт различным образом: в первом случае упор делается на социальную практику, процесс исторического развития общества, во втором — на более широкий спектр взаимодействия человека с его прошлым.

    В настоящем исследовании представляется необходимым развернуть понятие исторического опыта, не сводя его исключительно к социальной практике и её фиксации в общественном сознании, опираясь на представления об историческом опыте, разработанных в рамках экзистенциаль-

    Герасимов Олег Викторович, кандидат философских наук, доцент, заведующий кафедрой философии. E-mail: [email protected] ru

    1 Тихонов, В.А. Философско-методологические основания анализа исторического опыта: автореф. дисс. д-ра филос. наук / В.А.Тихонов. — М. 2007. — С.11.

    2 Сыров, В.Н. Сущность и значение исторического знания в современном мире в контексте образовательной ситуации / В.Н.Сыров // Сибирь. Философия. Образование. 1.(0). — 1997. — С.49.

    3 Дёмин, И.В. Философия истории как региональная он-

    тология / И.В.Дёмин. — Самара: Самарс. гуманитар. ака-

    демия, 2012. — С.181.

    ной герменевтики Х.-Г.Гадамера и философии истории Ф.Р.Анкерсмита4. Понятый в русле данной традиции исторический опыт рассматривается далее как целостный опыт прошлого, охватывающий все аспекты взаимодействия человека и истории. Целостность исторического опыта понимается нами как значимость и взаимосвязь всех составляющих его элементов, а не только некоторых, социально важных сторон. В структуре исторического опыта мы предлагаем сделать акцент на таких его составляющих, как: опыт ностальгический, опыт источниковедческий, опыт нарративный и опыт герменевтический.

    Концепция исторического опыта, трактующая его, прежде всего как совокупность социальных практик, находится в поле так называемой субъект-объектной парадигмы, в которой субъект и объект последовательно противополагаются друг другу, а также достаточно строго разделяются субъект исторического действия и субъект исторического познания, при том, что субъект исторического познания всегда является одновременно и субъектом исторического действия (но не наоборот), что порождает специфические черты исторического познания. Таким образом, исторический опыт понимается, прежде всего, как фиксация в общественном сознании событий исторического процесса, а историческое познание — как его высшее проявление, заключающееся в научно-теоретическом освоении прошлого, выявлении его закономерностей, необходимых для дальнейшего развития5. По большому счёту, подобное понимание исторического опыта хотя и не лишено оснований, но представляется недоста-

    4 См. Гадамер, Х.-Г. Истина и метод: Основы философской герменевтики / Х.-Г.Гадамер. — М. Прогресс, 1988. — С.403 — 445; Анкерсмит, Ф.Р. Возвышенный исторический опыт / Ф.Р.Анкерсмит. — М. Европа, 2007. — 612 с.

    5 Тихонов, В.А. Философско-методологические. — С.11.

    точным, поскольку, во-первых, не охватывает все его возможные проявления, а, во-вторых, рассматривает историческое познание как нечто вторичное и, строго говоря, необязательное. Поэтому более перспективной представляется точка зрения, расширяющая понятие исторического опыта на все уровни и способы взаимодействия человека с прошлым.

    В действительности, участие человека в событиях исторической жизни общества совсем не означает автоматически приобретения и накопления некоего исторического опыта. Миллионы людей живут, если можно так выразиться, за пределами истории, во всяком случае на уровне восприятия мира как исторического. Историчность существования, которую М.Хайдеггер полагал как фундаментальное свойство экзистенции, на самом деле является не более, чем возможностью, актуализация которой требует того самого опыта прошлого, о котором вели речь Ф.Р.Анкерсмит и В.Н.Сыров. Закрепление социального опыта с помощью механизмов социальной памяти также не предполагает с необходимостью исторического взгляда на прошлое, а понятия исторической и социальной памяти не являются тождественны-ми6. Таким образом, социальные условия исторического опыта могут быть рассмотрены не более, чем предпосылки действительного исторического опыта, который имеет прежде всего персональное измерение. Согласно нашим представлениям, исторический опыт является многоаспектным способом переживания прошлого с целью его репрезентации и интерпретации. История необходимо включает в себя ту или иную герменевтику прошлого, соединяя какие бы то ни было исторические реконструкции с актуальной повесткой современности. Исторический опыт не только и не столько закрепляет знания и навыки людей в прошлом, но, действуя избирательно, выводит определённый опыт прошлого и создаёт образ прошлого, описываемый как история. Во всяком случае, такое построение требует не только «памяти», но и забвения7. Итак, мы склоняемся к пониманию исторического опыта как целостного взаимодействия постигающего прошлое субъекта с исторической действительностью, определённо-

    го способа переживания, представления и понимания «мира как истории»8.

    Фундаментом и прафеноменом всякого исторического опыта является, по нашему убеждению, опыт ностальгический. Уже отмечалось, что не всякое воспоминание о прошлом лежит в основе исторического к этому прошлому отношения. Ведь история — это не только прошлое, но и отношение прошлого к настоящему. Следовательно, безразличное отношение к прошлому для историка невозможно. Быть может, это звучит банально, но историк должен быть влюблён в прошлое. А любовь к прошлому и называют ностальгией. Ф.Р.Анкерсмит подчёркивает: «Ностальгия и ностальгическое воспоминание сообщает нам наиболее интенсивный и наиболее подлинный опыт прошлого»9. Чем так важно ностальгическое воспоминание? Оно исключает сугубо прагматическое отношение к прошлому, заменяя его отношением эстетическим. Это не воспоминание ради чего-либо, это воспоминание ради самого воспоминания. Ностальгия перемещает воспоминающего в его прошлое, подобно тому, как хороший историк должен «переместиться» в описываемое им прошлое для лучшего уяснения связи событий. Ностальгическое воспоминание отличается от обычного тем, что последнее есть прошлый опыт, а первое — опыт прошлого. Очевидно, что это не одно и то же. Но ностальгия — не возвращение прошлого, а тоска по невозможности такого возвращения. Невозможность вернуть прошлое стимулирует желание «рассказать» о нём, наполнить его смыслом, и, тем самым, актуализировать для настоящего. Это и есть рождение живой истории в противовес мёртвой хронике, как это представлял себе Б.Кроче. Таким образом, историческое познание имеет в качестве своей фундаментальной предпосылки ностальгию по прошлому. В какой мере опыт ностальгии и основанное на нём воспоминание прошлого способствуют формированию исторического знания на личностном уровне исследователя-историка? Важность этого вопроса особенно отчётливо проявляется при рассмотрении основных путей эволюции историографии в XX столетии. Одной из наиболее ярких черт современного историописа-ния является сдвиг от «языка» к «памяти». При-

    6 Подробнее см. Герасимов, О.В. Феномен исторической памяти / О.В.Герасимов // Вестник Ун-та Российской академии образования. — 2013. — №5(68). — С.133 — 137.

    7 См. Анкерсмит, Ф.Р. Возвышенный исторический опыт____- С.436 — 439.

    8 Понятие, позаимствованное автором у О.Шпенглера; см. Шпенглер, О. Закат Западного мира: Очерки морфологии мировой истории / О.Шпенглер. — М. АЛЬФА-Книга, 2010. — С.16.

    9 Анкерсмит, Ф.Р. История и тропология: взлёт и падение метафоры / Ф.Р.Анкерсмит. — М. Прогресс-Традиция, 2003. — С.360.

    чём сдвиг этот затрагивает различные пласты -от личностного до социального — исторической памяти. Но история, понимаемая преимущественно как память, попадает в следующую ловушку. С одной стороны, «исторический разум верит в реальность (выделено автором — О.Г.) прошлого и полагает, что по способу существования, а в известной мере и по содержанию прошлое не обладает иной по сравнению с настоящим природой»10. Это, в частности означает, что описываемое историей прошлое не может быть интерпретировано как вымышленное, ирреальное или неактуальное; в противном случае оно автоматически перестаёт быть историческим прошлым. С другой стороны, прошлое и настоящее противостоят друг другу, не совпадают друг с другом. 11 Ностальгия, подставляя прошлое в переживание настоящего открывает выход из упомянутой ловушки.

    Познание прошлого начинается с того, что человек обнаруживает его следы в себе и окружающем мире. Персональный опыт памяти и ностальгии, выступающий в качестве актуализации историчности dasein, закладывает представление о генетической связи событий прошлого и настоящего, укоренённости настоящего в прошлом, благодаря чему вещественные и ментальные остатки прошлого начинают восприниматься как его следы. Задача историка простирается гораздо дальше: он должен превратить обнаруживаемые следы в источники своего знания о прошлом. Как писал М.Фуко: «. История — это то, что преобразует документы в памятники, в которых расшифровываются оставленные людьми следы.»12 Источник учреждается вопросами, которые ставит перед памятником историк, и чем больше его погружение в проблему, чем больше его знание о прошлом, тем больше информации он может почерпнуть из казалось бы уже изученных источников. Разумеется, источниковедение имеет в своём арсенале целый набор методов, обладающих высокой точностью, использованием естественнонаучных и даже математических оснований, но это касается почти исключительно так называемой внешней критики источника, тогда как критика внутренняя опирается на предшествующий опыт критики и актуальную интерпретацию извлекаемых сведений. В целом, можно отметить, что источниковедческий опыт является существенным моментом опыта исторического, ибо дос-

    10 Ле Гофф, Ж. История и память / Ж.Ле Гофф. — М. РОССПЭН, 2013. — С.31.

    11 См. Ле Гофф, Ж История и память. С.31 — 32.

    12 Фуко, М. Археология знания / М.Фуко. — СПб. ИЦ «Гу-

    манитарная академия»; Университ. книга, 2004. — С.43.

    тавляет нам основное содержание для исторической реконструкции.

    Реконструируемое на основании имеющихся источников историческое прошлое, однако, весьма существенно отличается от того индивидуального опыта переживания прошлого, присущего человеку. Фактуальная картина мировой истории принципиально неполна, и её мозаичность усиливается по мере погружения познающего разума в более отдалённые от нас эпохи. Обращаясь к древности, мы обнаруживаем, что установленные историческим познанием факты подобны редким нагромождениям камней в песках забвения. Но, в то же время, наш личный опыт прошлого показывает, напротив, его континуальность и событийность. Поэтому ни один историк не может считать завершённой свою работу, если он не восстановит целостность образа прошлого. Эту составляющую исторического опыта можно обозначить как исторический синтез, или опыт повествования (нарративный опыт). Действительно, если бы историки не прибегали к синтезирующей роли нарратива, то история большинства эпох и стран имела бы вид мёртвой хроники Б.Кроче, подобно ряду древнерусских летописей, начальные страницы которых полны лакун, а «в лето такое-то» как бы ничего и не происходило. Следует согласиться с В.Н.Сыровым, что «дело не в прихоти историка любовно выписывать давно происходившие события, интересоваться именно изменениями поступками людей. Уже элементарный факт установления достоверности события прошлого порождал жёсткую логику создать повествование.»13. Природу исторического повествования тщательно проанализировал Х.Уайт, придя к выводу о структурном сходстве исторического повествования и литературного творчества. Объединяющим моментом тут выступает сюжет. «Сборка истории из избранных элементов хроники вызывает вопросы, которые историк, конструируя повествование, должен предвидеть и на них отвечать. Это вопросы типа: что случится потом? Почему это произошло таким, а не иным способом? Как это всё вышло в конце? Эти вопросы определяют повествовательные тактики.»14 На первый вопрос историк отвечает построением сюжета, на второй — построением исторической теории (что, на наш взгляд, в действительности невозможно, ибо, если следовать К.Попперу, та-

    13 Цит. по: Дёмин, И.В. Философия истории как региональная онтология. — С.174.

    14 Уайт, Х. Метаистория: историческое воображение в Европе XIX века / Х.Уайт. — Екатеринбург: Изд-во Уральского ун-та, 2002. — С.27.

    кая теория оказывается нефальсифицируемой, и на практике мы имеем дело с той или иной историософской концепцией15), на третий — объяснение посредством «идеологического подтекста»16 В последнем пункте согласиться с Х.Уайтом затруднительно, поскольку он излишне зауживает основания для оценки исторических событий. На наш взгляд, речь тут должна идти не об «идеологическом подтексте», а о смысловом контексте. Действительно, понимание исторического события в его связи с настоящим вовсе необязательно должно опосредоваться идеологическими конструкциями современности. Мы вправе говорить также о моральной, эстетической или иной ценностной значимости прошлого.

    Данное положение открывает нам ещё одну сторону исторического опыта — герменевтическую. История, в конце концов, есть прежде всего определённый способ понимания прошлого из контекста настоящего, что и придаёт ей социальную значимость; в противном случае, история бы оставалась уделом немногих, находящих в постижении прошлого чисто эстетического наслаждение или способ удовлетворения любознательности. О роли герменевтики для исторического познания много говорили Х.-Г.Гадамер17, П.Рикёр18, Ф.Р.Анкерсмит19, В.Н.Сыров20. Поэтому мы не будем подробно останавливаться на этом вопросе, требующем отдельного детального рассмотрения; отметим лишь, что понимание и интерпретация пронизывают всю ткань исторического познания, начиная от интерпретации следов прошлого и заканчивая пониманием смысла исторических событий.

    Таким образом, мы видим, что понятие исторического опыта не может быть сведено к простой совокупности социальных практик по фиксации и освоению событий прошлого. Напротив, исторический опыт есть прежде всего опыт проникновения в прошлое, сопряжение с прошлым посредством особого опыта, сходного с опытом ностальгии и вырастающем из него. Опыт источниковедения раскрывает перед нами профессиональные качества и умения историка как учёного, тогда как нарративная сторона истории (опыт историописания), напротив, поднимает исторический опыт до уровня искусства. Наконец, герменевтический аспект пронизывает всю ткань исторического опыта, выстраивает смыслы исторического, актуализирует прошлое для настоящего.

    15 Подробно об этом см. Герасимов, О.В. Научность исторического знания и исторических теорий: эпистемологический и методологический аспекты / О.В.Герасимов // Вестник Волжского ун-та им. В.Н.Татищева. — Тольятти: 2014. — №1(15). — С.180 — 185.

    16 Уайт, Х. Метаистория: историческое воображение в Европе XIX века. — С.27.

    17 См. Гадамер, Х.-Г. Истина и метод. — С.245 — 266.

    18 См. Рикёр, П. Память, история, забвение / П.Рикёр. -М. Изд-во гуманитарной лит-ры, 2004. — С.468 — 480.

    19 См. Анкерсмит, Ф.Р. Возвышенный исторический опыт____- С.271 — 334.

    20 См. Сыров, В.Н. Значение герменевтики для исторического познания / В.Н.Сыров // СошргеЬешю. Четвёртые Шпетовские чтения. Творческое наследие Г.Г.Шпета в контексте философских проблем формирования историко-культурного сознания (междисциплинарный аспект): материалы науч. конф. Томск, 14 — 17 ноября 2002 г. — Томск: Изд-во Томского ун-та, 2003. -С.416 — 431.

    HISTORICAL EXPERIENCE AS EXPERIENCE OF THE PAST: THE CONTENT AND STRUCTURE

    Samara State Technical University

    In this study, historical experience is seen as holistic experience of the past, full of interaction between man and history. Its structure includes such parties as nostalgic experience, source expertise experience, narrative experience and hermeneutic experience.

    Keywords: historical experience, nostalgia, narrative, hermeneutics, historical writing.

    Oleg Victorovich Gerasimov, Candidate of philosophy, Associate professor, Head of Department of philosophy. E-mail: [email protected] ru

    исторический опыт это:

    Смотреть что такое «исторический опыт» в других словарях:

    ВОЕННО-ИСТОРИЧЕСКИЙ ОПЫТ — совокупность военно исторических уроков, знаний и навыков, накопленных в различных областях военного дела и имеющих долгосрочное, а иногда и непреходящее значение. Его изучение, обобщение и практическое использование с учетом изменившейся… … Война и мир в терминах и определениях

    опыт — Человек в своем каждодневном опыте пользуется такими реакциями, которые замкнулись в чужом опыте. Я могу знать о Сахаре, ни разу не выезжая из <. > города, или знать многое о Марсе, ни разу не поглядев в телескоп. <. > опыт человека … Словарь Л.С. Выготского

    опыт — делать опыты • действие изучать опыт • анализ изучить опыт • анализ использовать опыт • использование набираться опыта • обладание, непрямой объект, начало накопить богатый опыт • обладание, начало накопить большой опыт • обладание, начало… … Глагольной сочетаемости непредметных имён

    исторический — восстановить историческую справедливость • существование / создание, повтор показывает исторический опыт • субъект, демонстрация … Глагольной сочетаемости непредметных имён

    Исторический факультет ЧелГУ — Содержание 1 История 2 Деканат 3 Кафедра всеобщей истории … Википедия

    Исторический средневековый бой — (ИСБ) довольно молодой современный вид спорта, полноконтактные сражения с использованием защитного и наступательного вооружения, характерного для средневековья. ИСБ это полноконтактное сражение на стальном не заточенном оружии. Бойцы облачены в… … Википедия

    Исторический вестник — Специализация: исторический и литературный журнал Периодичность: ежемесячник … Википедия

    Исторический Вестник (журнал) — «Исторический Вестник». Обложка (1910) «Исторический Вестник» русский ежемесячный историко литературный журнал. Издавался в Санкт Петербурге с 1880 по 1917 год. Содержание 1 Возникновение журнала и его развитие … Википедия

    Исторический Вестник — «Исторический Вестник». Обложка (1910) «Исторический Вестник» русский ежемесячный историко литературный журнал. Издавался в Санкт Петербурге с 1880 по 1917 год. Содержание 1 Возникновение журнала и его развитие … Википедия

    опыт — Совокупность усвоенных знаний, навыков; познания, основанные на пережитом, испытанном. О характере, размере, основе опыта. Богатый, большой, вековой, великий, всемирный, гигантский, громадный, дедовский, длительный, долгий, долголетний, душевный … Словарь эпитетов

    Исторический фильм — исторический фильм, произведение киноискусства, сюжет которого основан на изображении реальных событий и, как правило, реальных персонажей исторического прошлого. Уже в первые годы кинематографа обнаружилась (поначалу в примитивных формах)… … Кино: Энциклопедический словарь

    • Исторический опыт социальной поддержки пожилых людей (к. XIX-н. XX вв.). Татьяна Макаренко. В работе рассматривается исторический опыт социальной поддержки людей пожилого возраста в г. Москве на рубеже XIX XX веков, а также его значение в настоящее время. Проведенное исследование… Подробнее Купить за 4889 грн (только Украина)
    • Исторический опыт создания морской пехоты России и взглядов на ее применение в морских десантных операциях в военное и мирное время. В. М. Говоров. Целью данной книги является доведение до читателя сложности планирования, подготовки и ведения морских десантных операций — как в военное, так и в мирное время. Основываясь на глубоком… Подробнее Купить за 1013 руб
    • Исторический опыт КПСС по осуществлению новой экономической политики (1921-1925). И. И. Каторгин. В книге сделана попытка показать деятельность партии по осуществлению нэпа в более или менее широком плане и в сравнительно большой исторический период, когда в сложных и трудных условиях она… Подробнее Купить за 320 руб

    Другие книги по запросу «исторический опыт» >>

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *